881Неведение добра и зла — самый тревожный

факт человеческой жизни./Цицерон

Мы часто сталкиваемся с нравственными дилеммами. Что мне делать? Поступить мне так или иначе? Что хорошо, а что плохо? Как мы определяем разницу между добром и злом?

 Что важнее - причины наших дейст­вий, сами поступки или те последствия, к ко­торым они приводят? Как лучше поступить, что сказать в той или иной ситуации? Рано или поздно у нас возникают вопросы и со­мнения, и часто бывает отнюдь не просто найти ответ. Поэтому давайте рассмотрим не­которые критерии, которые можно использо­вать, чтобы различить добро и зло. Некоторые думают, будто то, что доставляет удовольствие, хорошо, а то, что приносит боль, — плохо. Если будет по-моему, это хо­рошо, а если нет — плохо. Тот, кто помогает мне делать то, что я хочу, - друг, а кто меша­ет - враг. Иными словами, "я" — судья тому, что хорошо и что плохо, и критерий добра и зла заключается в том, какое влияние то или 'иное событие оказывает на меня. Такого рода понимание является естественной фазой, которую проходят все маленькие дети. Когда же мы видим такое поведение у более старших детей или у взрослых, это говорит нам о том, что, хотя этот человек может быть тридцати или сорока лет от роду, его нравственная зрелость осталась на уровне эгоистичного ребенка. К сожалению, нас окружает доста­точное число подобных людей. Они принимают решения, думая не о том, насколько хорошим или плохим является выбранный ими путь, а лишь о том, как это отразится на них самих и тех, кто им близок. Однако если мы будем так думать, то очень быстро придем к выводу, что цель оправдывает средства. Чтобы достичь цели, любые средства хороши. Такой подход часто бывает присущ даже политикам, когда важные государственные решения принима­ются с учетом интересов только своей страны. Это одна из основных причин большинства конфликтов и войн. Так может ли   "я"  быть  критерием добра и зла?

Другой критерий, который используют многие люди, - понравится ли другим то, что я делаю. Например, маленький ребенок хочет сделать приятное своим родителям. Он решает, что хорошо, а что плохо, исходя из то­го, радует ли это родителей или нет. Стано­вясь старше, люди заботятся о том, как они выглядят в глазах сверстников, и подстраи­ваются под их нравственные ценности, При этом, однако, возникают две проблемы. Что делать, если наши родители или сверстники хотят от нас чего-то заведомо дурного? И еще: что, если никто не видит, что мы дела­ем, и никогда не узнает об этом? Останемся ли мы хорошими? Что ж, безусловно, есть люди, которые пойдут на любые преступления, если знают, что их никто не увидит, не поймает и не нака­жет. Но является ли страх наказания единст­венной причиной, вследствие которой люди воздерживаются от дурных поступков? Если бы дела обстояли подобным образом, потре­бовалось бы, чтобы на каждом углу стоял милиционер и чтобы все следили друг за дру­гом. Неужели у человеческих поступков нет более благородных причин? Многие взрослые люди законопослушны. Они признают, что в общем и целом законы существуют для того, чтобы защищать людей и поддерживать порядок в обществе. Даже в случае несогласия с законом необходимо его соблюдать, потому что, нарушая закон, человек нарушает всю ткань общественной жизни. Поэтому наш долг - соблюдать закон и под­чиняться авторитетам. Однако закон не может быть высшим критерием добра и зла; ведь говоря, что закон несправедлив, мы взываем к некоему высшему авторитету. Законы должны быть основаны на справедливости, но они не есть источники справедливости. Существуют и несправедливые законы, и правовую систему не раз использовали в политических целях, чтобы избавиться от оппозиции и подавить бунт. Каков долг человека в таких обстоятель­ствах? Подчиняться закону? Это не простые вопросы, и на них нет простых ответов, но такие ситуации неоднократно возникали. Наконец, есть люди, которые следуют своей совести и внутреннему нравственному чувству. Они отказываются идти на сделку со своей совестью и делать или говорить то, что считают неправильным, даже если за это им придется страдать.

Добро и зло начинаются внутри нас.

Откуда берутся добро и зло? Каковы люди от природы — добры или злы? Есть три основных взгляда на этот во­прос:

  • Человеческая природа зла.
  • Человеческая природа добра.
  • Человеческая природа и добра, и зла.

Если мы поступаем хорошо или в нашем характере есть положительные черты, мы го­товы приписать себе эту заслугу. Если же мы делаем что-то дурное, проявляем не лучшие стороны своего характера, мы склонны ви­нить в этом других. Однако быть взрос­лым, зрелым человеком означает брать на себя ответственность за все, что в нас заключено, — и за хорошее, и за плохое. Добро и зло коренятся в человеческом сердце. Такое понимание означает, что мы не можем обвинять людей в том, как мы себя ведем. Хотя иногда мы можем сказать: "Ты просто выводишь меня из себя", это всего лишь отражает попытку найти источник наших собственных проблем в ком-то другом. Однако такое перекладывание своей ответственности на ко­го-то другого очень опасно; оно может приве­сти даже к убийству.  Хотя зло вокруг нас, безусловно, существует, самое большое зло лежит внутри нас. К тому же это единственное зло, которое мы можем преодолеть. Попытки изменить других, не изменяя себя, ведут к катастрофическим по­следствиям. Мы ответственны за то, что с нами происходит, и. если мы изменимся сами, изменится и наше положение. Нам необходимо сосредоточиться на внутреннем возрождении, которое приведет к внешним изменениям. К глубокому пониманию истоков добра и зла пришел А.И.Солженицын, который про­вел много лет в лагерях и тюрьмах Советского Союза.

  • "Согнутой моей, едва не подломившейся спиной дано мне было вынести из тюремных лет этот опыт: как человек становится злым, и как — добрым. В упоении молодыми успехами я ощущал себя непогрешимым и от­того был жесток. В переизбытке страсти я был убийца, и насильник. В самые злые момен­ты я был уверен, что делаю добро, оснащен был стройными доводами. На гниющей тю­ремной соломке ощутил я в себе первое шеве­ление добра. Постепенно открылось мне, что линия, разделяющая добро и зло, проходит не между государствами, не между классами, не между партиями. Она проходит через каждое человеческое сердце — и через все человеческие сердца. Линия эта подвижна, она колеблется в нас с годами. Даже в сердце, объятом злом, она удерживает маленький плацдарм добра. Даже в наидобрейшем сердце — неискорененный уголок зла.С тех пор я понял правду всех религий ми­ра: они борются со злом в человеке (в каждом человеке). Нельзя изгнать вовсе зло из мира, но можно в каждом человеке его потеснить. С тех пор я понял ложь всех революций ис­тории: они уничтожали только современных им носителей зла (а не разбирая впопыхах — и носителей добра) — само же зло, еще увели­ченным, берут себе в наследство". / Л. И. Солженицын. "Архипелаг ГУЛАГ"

В каждом человеке происходит борьба между добром и злом. Исключений нет. Никто не может оглянуться на свою жизнь с абсо­лютно чистой совестью, без стыда и сожале­ния о совершенных им дурных поступках или не совершенных им добрых делах. Ни один человек, ни одно государство или народ не может объявить себя безгрешным, так же как ни одна нация или раса не имеет "монопо­лии" на зло.

Естественно ли зло?

Иногда люди говорят: "Не бывает добра без зла; невозможно распоз­нать добро, если нет зла". Однако да­вайте задумаемся. Младенец ин­стинктивно знает, что мать — доб­рая. Для того чтобы почувствовать и отозваться на материнскую любовь, ему вовсе не нужно вначале испытать жестокое обращение. Дети считают весь мир добрым, пока им не прихо­дится с болью убедиться, что зло существует. Для того чтобы лучше по­чувствовать вкус изысканного блю­да, нам вовсе не нужно вначале съесть изрядную порцию отравы. Так что мы можем распознавать и ценить доброе и без злого. Таким образом, добро и зло не дополняют друг друга, как свет и тьма, мужское и женское. Напротив, они резко противополож­ны друг другу, потому что имеют противоположные цели. Они не мо­гут сосуществовать, так как стремятся к уничтожению друг друга. И все же при правильном подходе мы можем извлечь уроки и из доброго, и из злого опыта. Собственно, зло — это искажение добра. Даже такое проявление добра, как любовь, может быть искажено и тогда обернется злом, принесет горе и страдания. Зло паразитирует на добре, как раковая опухоль на живой ткани или как организованная преступность на за­конной экономике. Поэтому Фома Аквинский  говорил: "Добро может существовать без зла, а зло не может существовать без добра". Более того, зло существует лишь в челове­ческом сообществе. Одна из черт, отличаю­щих человека от животных, - это способность к добру и злу. Люди имеют возможность со­вершать не только необычные подвиги альт­руизма и самопожертвования, но и большое зло. Человек, вероятно, единственное сущест­во, которое борется и часто пытается убить представителей собственного вида. В мире природы такого не бывает. Борьба внутри вида, как, например, борьба между самцами-оленями, происходит, чтобы определить иерархию, выделить вожака стада. И эти схватки почти никогда не приводят к смертельному исходу. Когда иерархия установлена, наступает порядок - до тех пор, пока лидеру не будет брошен новый вызов. Животные не пытаются убить друг друга. При возникновении каких бы то ни было конфликтов, например из-за терри­тории, после короткой схватки выясняется, кто сильнее, и побежденный обращается в бег­ство. Главная борьба в животном мире проис­ходит за пищу, прежде всего — между хищни­ком и его добычей. Но эта борьба естественна. Животные обычно убивают других животных (почти всегда другого вида) для пропитания -либо чтобы съесть тут же, либо потом. Борьба между людьми с этой точки зрения имеет весьма существенные отличия от того, что происходит в животном мире. Войны, опустошавшие человеческий род, были неве­роятно разрушительными и вели к потере множества жизней, к разрушению городов, упадку культуры и нравственности. Целые цивилизации постепенно теряли свое могущество и в конце концов исчезали с лица земли вследствие внутренних и внешних распрей.

Как отличить добро от зла?

Релятивизм

Являются ли добро и зло абсолютными или относительными категориями? Чем больше мы осознаем отличие между разными образами жизни и взглядами, которые существуют в мире, тем легче сделать вывод, что добро и зло - всего лишь вопрос мнения. В древности Аристотель отмечал: "Огонь горит и в Элладе, и в Персии; но представления людей о добром и злом различаются в разных местах". Но хо­тя они и различаются, все же категории доб­ра и зла узнаваемы в разных культурах. Важно понимать, что существуют разные точки зрения, но это, однако, не означает, что нравственные суждения — всего лишь вопрос мнения. Если бы это было так, мы бы не имели права судить других и навязывать им свои ценности. В реальности же всегда существо­вали универсальные нравственные воззрения и поступки. Приводимый  от­рывок "Добродетели и пороки" ясно показы­вает это. Никогда не существовало общества, где бы добродетелью считались трусость, на­силие, убийство или кража. Есть преступления, которые почти всеми рассматриваются как нарушение каких-то абсолютных норм. Действительно, хотели бы мы жить в мире, где принесение в жертву де­тей считается в порядке вещей; где нацист­ская мораль ничем не хуже христианской морали; где мы не можем жаловаться на несправедливое обращение, потому что это только вопрос нашего мнения, которое ничем не лучше мнения нашего обидчика? Такой мир был бы невыносимым. Поэтому люди ищут эталон добра и зла, который превосходил бы частное мнение и мог быть всеми признан. Но прежде чем рассмотреть некоторые нравственные теории, давайте чуть более подробно поговорим о релятивизме (от ла­тинского relativus — относительный). Одна из версий релятивизма утверждает, что истины не существует. Все только вопрос мнения. Но это означает, что и сама теории релятивизма - всего лишь мнение, и ее не следует прини­мать всерьез! Невозможно сказать, что истины не существует, если человек не признает, что существует по меньшей мере одна истина. Чтобы понять, насколько проблематична эта теория, возьмите листок бумаги. На одной стороне напишите: "Предложение на другой стороне этого листка - неправда". На другой стороне напишите: "Предложение на другой стороне это­го листка — правда". Где же правда?

Абсолютизм

Под абсолютизмом понимают представле­ние, что существуют определенные правила, которые абсолютно верны, и им нужно следо­вать в любой ситуации. Нужно подчиняться закону независимо от последствий. Однако и здесь возникают трудности. Возьмем заповедь "не укради". Всегда ли воровство является злом? Предположим, человек без всякой на то вины находится на грани смерти от голода. Может ли он взять немного пищи у того, кто имеет ее в избытке? Обычно в рамках религиоз­ной этики признается, что в подобной ситуации человек имеет право взять себе пищи достаточ­но, чтобы утолить свой голод. Такой поступок оправдан, ибо человеческая жизнь обладает большей ценностью, чем собственность. Однако это не оправдывает воровства в других ситуациях. Тот факт, что из правила бывают исключения, еще не означает, что любой человек вправе нарушать это правило в зависимости лишь от своей прихоти. Судите сами, есть ли разница в следующих ситуациях: погибающий от голода человек решает взять буханку хлеба; проголодавшийся подросток потихоньку ворует банан, потому что у него в этот момент не оказалось денег; воровство ради "спортивного интереса" и, наконец, "принципиальное" воровство, когда человек убежден, что обладает правом брать все, что ему захочется, у кого угодно и когда угодно. Отличаются не только жизненные обстоя­тельства и поступки, но также и их причины. Одна из опасностей абсолютизма заключа­ется в том, что люди, придерживающиеся по­добных взглядов, не могут провести различие между голодным человеком, укравшим буханку хлеба. и человеком, угнавшим машину, потому что ему захотелось иметь то, что есть у другого, не пытаясь этого достичь честным путем. Представим, что есть человек, который нам не нравится."Правильно" ли я поступаю, говоря правду, когда местный бандит спра­шивает меня, где он? Буду ли я виноват в том, что этого человека избили? Какую роль играют наши побуждения при определении правиль­ности поступка?

Причины поступков

Один из важных факторов определения нравственности или безнравственности по­ступка - это его мотивация. Если человек совершает хороший поступок из дурных по­буждений, хорошо ли это? Представим, что я дарю кому-то подарок, потому что хочу, что­бы этот человек для меня что-то сделал. Или подаю нищему, чтобы почувствовать свою праведность. В этом случае у моего поступка низменный мотив. Я совершаю добрый посту­пок не ради добра, а скорее ради награды, которой я ожидаю за него. Я совершаю добрый поступок не во благо другого человека, а ради собственной выгоды. Конечно, как правило, когда мы делаем добро, мы бываем за это вознаграждены, но это лишь побочная, а не главная мотивация. Обычно мы чувствуем, что не только сами поступки, но и побуждения, причины наших действий должны быть правильными. Беско­рыстные поступки, совершенные ради другого человека без ожидания награды, называют альтруизмом. Например, представим, что де­вушка хочет выйти замуж за богатого человека. Любит она его или его деньги? Выходит она за него или за его богатство? Иногда бывает трудно понять, чем определяются наши жела­ния и поступки. Порой, делая что-то для че­ловека, мы надеемся (иногда даже неосознанно) что-то получить взамен, и, когда этого не происходит, мы сердимся и обижаемся. Это ясно говорит нам, что мы больше думали о себе, чем об интересах этого человека, иначе мы просто были бы рады тому, что он рад. До­брота сама себе награда. Если вы совершаете поступки ради других, вас можно назвать хорошим. Но какую бы красивую песню вы ни пели для кого-то, если вы делаете это из желания, чтобы вас похвалили, или из зависти к другим, вы не со­вершаете добра. Если вы делаете что-то из вы­сокомерия, из гордости собой, вы не правы. Высокомерие не имеет никакого отношения к добру. Даже если вы совершите поступок, ко­торый покажется очень хорошим, на самом деле только ваши побуждения определяют, хорош он или плох. Чтобы делать добро, нужно видеть интересы других людей, а не только свои собственные. Мы должны разговаривать, действовать, ис­пользовать все свои пять  чувств ради других, а не только ради себя. Если вы найдете людей, которые жи­вут именно так, вы будете стремиться к ним, вы по­чувствуете к ним сильную привязанность.

  • Существует ирландская легенда о монахе, который умер и попал в рай.
  • — Прежде чем я войду, — сказал он апостолу Петру, — своди меня посмотреть ад.
  • Св. Петр нашел для него провожатого, чтобы осмот­реть ад. Когда монах явился туда, он очень удивился, увидев огромный стол, устав­ленный прекрасными яства­ми. По люди в аду голодали. Монах, приподняв брови, по­вернулся к провожатому.
  • - Дело вот в чем, — сказал тот. - Всем, кто сюда при­ходит, дают ложку в пять футов длиной, которую нужно держать за самый кончик, чтобы есть. Но если пятифутовую ложку дер­жать за кончик, ею ест нельзя. Посмотри на них. Они не могут попасть себе в рот.
  • Монах согласился, что это настоящий ад, и попросил, чтобы его тут же вернули в рай. Там, к своему удивле­нию, он увидел такой же зал, такой же стол с изысканными яствами. Но люди там были не просто радостны -  они так и сияли от счас­тья. Монах повернулся к провожатому:
  • - Здесь что, нет ложек? — спросил он.
  • - Ну почему же, есть, — услышал он в от­вет, — те же самые ложки, такой же длины, и их также держат за кончик, как и в аду. Только люди здесь предпочитают кормить друг друга.

Последствия поступков

Решая, является ли поступок хорошим или дурным, необходимо также рассмотреть его последствия. Джон Стюарт Милль, англий­ский философ XIX века, разъяснял, что, по­скольку каждый человек стремится к счастью и хочет избежать боли, нам следует совершать поступки, которые ведут к счастью наиболь­шего числа людей. Хотя теоретически это звучит достаточно просто, на практике бывает трудно применять этот принцип. Когда суд выносит приговор убийце, ведет ли это к умножению счастья? Возможно, при этом счас­тье многих людей от того, что он наказан, перевешивает его собственное несчастье. Ну, а если необоснованному наказанию подвергся человек, вокруг которого сложилось отрица­тельное общественное мнение? Ведь его несправедливое заключение в тюрьму тоже многих обрадует? В этом случае мы видим, что принцип счастья сам по себе не является надежным крите­рием суждения, что хорошо, а что плохо. Невозможно также предугадать все отдаленные последствия своего по­ступка. Представьте, что вы — врач и спасли жизнь мальчика. Хорошо это или плохо? Предположим, он вырос и стал маньяком-убийцей. Оглядываясь назад, скажите, хорошо это или пло­хо, что в детстве вы спасли его жизнь? Однако, несмотря на ограниченность этой теории, все-таки важно задумы­ваться о последствиях своих поступ­ков. Скажем, такой вопрос, как допу­стимость интимных отношений вне брака. Хорошо это или плохо? Каж­дый сам выбирает свой путь, однако прежде чем принимать решение, ко­торое может оказать влияние на всю последующую жизнь, необходимо взвесить возможные последствия — насколько радость близости превзой­дет вероятные чувства вины и стыда, непосильный эмоциональный груз, возможность рождения ребенка.

Универсализм

Другой подход к проблеме добра и зла был сформулирован немецким философом Иммануилом Кантом (1724—1804). Он говорил, что мы должны что-то делать только в том случае, если мы готовы к тому, что все люди тоже будут так поступать. Иными словами, поступай так, как будто твое поведение - универсаль­ный закон. Кант не предписывал людям, что следует делать, а чего не следует. Вместо этого он выдвинул общий принцип принятия нравственных решений. Напри­мер, нравственно ли говорить неправду? Для того чтобы ответить на этот вопрос, необхо­димо спросить себя: "Хочу ли я, чтобы всем разрешалось лгать?" Если я не хочу универ­сализировать принцип, значит, обманывать — нравственно дурно. Преимущество этого подхода состоит в том, что можно не задумываться о последст­виях. Так, всегда безнравственно наказывать невинного человека, даже если это отвратит других людей от совершения преступлений. Однако бывают случаи, когда два нравствен­ных правила могут войти в противоречие друг с другом. Например, если всегда безнравственно нарушать обещание и всегда безнравст­венно лгать, что, если мне придется солгать, чтобы выполнить обещание? Допустим, я обещал другу, что спрячу его от убийцы, а убийца спросит меня, где мой друг. Как я должен ответить? Если я скажу правду, то на­рушу обещание; если выполню обещание, то солгу. Теория Канта в таких случаях заводит в тупик, и следует обращаться к другому, выс­шему чувству добра и зла. В этом случае необходимо ввести исключе­ния. Например, если я обнаружу, что мой друг купил яд для того, чтобы кого-то убить, с моей стороны будет вполне естественно ук­расть у него яд, чтобы предотвратить убийст­во. Какова причина того, что кража в такой ситуации оправдана? Я бы хотел, чтобы все вели себя подобным образом в такой ситуа­ции. Однако, создавая такого рода исключе­ния, необходимо быть крайне осторожными, ибо здесь есть опасность самооправдания в ситуациях, когда мы совершили ту или иную ошибку.

Добродетели и пороки

Еще один способ отличить добро от зла - рассмотреть характер человека. Человек доб­рого характера обычно не ломает себе подолгу голову над тем, хорошо или плохо какое-либо действие. Он часто знает это интуитивно. Аристотель сказал, что цель человеческой жизни заключается в том, чтобы развивать добродетели, которые составляют добрый характер. Добродетельный человек всегда ведет себя правильно; он по природе своей добр и поступает нравственно. Аристотель перечислил двенадцать нравст­венных добродетелей, которые находятся между двумя пороками: пороком избытка и пороком недостатка. Например, такая добро­детель, как отвага, находится между двумя пороками: ее избытком — безрассудной храб­ростью и ее недостатком — трусостью. По ме­ре нашего роста мы учимся развивать эти до­бродетели так, чтобы вести себя с достоинст­вом. Например, если моя машина сломается, для меня естественно разозлиться. Однако в этой ситуации важно мое отношение к чувству гнева. Гнев может найти себе выходе том, что я разобью мотор. С другой стороны, я могу впасть в депрессию и просто бросить машину. И то и другое — проявления недостаточной зрелости характера. Правильной реакцией будет сдержать свой гнев и направить его на починку машины. Римский философ Цицерон, утвердивший нравственную теорию в античном мире, раз­личал четыре главные добродетели:

Отвага. Отважный человек способен по­бороть свой страх и тревогу, которые вызваны физической опасностью или необходимостью столкнуться лицом к лицу с правдой.

Справедливость. Справедливый человек относится к людям так, как они того заслужи­вают, вне зависимости от своих личных чувств симпатии или антипатии.

Умеренность. Эта добродетель заключает­ся в том, чтобы управлять тем, что поддается контролю, и не пытаться управлять тем, что не поддается. Такой человек обладает спокой­ствием духа, которое позволяет ему быть со­средоточенным и уравновешенным.

Мудрость. Мудрый человек знает себя, но он не эгоистичен; он видит жизнь в истинных пропорциях и поэтому не растрачивает ее на пустяки; знает, когда он может помочь и когда не может; способен отвлечься от того, что происходит в мире, поскольку не заинтересо­ван в материальной выгоде.

К этим четырем категориям христианство добавило так называемые три богословские добродетели:

Вера — постоянная уверенность в том, что то, что говорит нам разум, верно, несмотря на меняющиеся настроение и обстоятельства.

Надежда — уверенность, возникающая от знания, что Бог пребывает с человеком и по­могает ему, несмотря на возникающие в жизни трудности и опасности.

Любовь - самоотдача ради счастья и бла­гополучия других.

Христианство также говорит о грехах и по­роках, которым подвержен человек:

Гордыня - чувство собственной правед­ности, ложное чувство превосходства над дру­гими людьми. При этом мы можем гордиться своей работой и уважать себя. Просто не стоит смешивать чувство собственного достоинства и гордыню. Обуянный гордыней человек же­лает, чтобы другие всегда хвалили и почитали его. Если же этого не происходит, он начинает  чувствовать зависть.

Зависть - это эгоистическое и злое чувство, которое мы можем испытывать к тем, кого считаем ниже нас, но кто по каким-либо при­чинам оказывается удачливее нас. Нам не нравятся их успехи, и мы тайно радуемся, когда их постигает неудача.

Гнев — чувство сильного возмущения, него­дования, часто вызываемое тем, что что-то про­исходит вопреки нашим желаниям. Под дейст­вием ничем не сдерживаемого гнева человек может совершить страшные преступления.

Отчаяние — состояние крайней безна­дежности, ощущение безвыходности. Впав в отчаяние, человек теряет надежду на то, что в жизни возможны перемены к лучшему. Это может привести к состоянию глубокой деп­рессии и даже к самоубийству.

Лень - отсутствие желания действовать, трудиться; склонность к безделью. Ленивый человек избегает всякой физической работы и пытается во всем прикладывать как можно меньше усилий.

Скупость - желание приобретать вещи и хранить их только для себя.

Чревоугодие - неумеренность в еде, об­жорство.

Сладострастие - неконтролируемое вле­чение к интимным отношениям, которые вос­принимаются лишь как физическая близость, в отрыве от духовного измерения. Сладостра­стие может исказить наш образ мыслей, наши взгляды на противоположный пол.

Итак, мы обсудили разные подходы к по­ниманию того, что такое добро, а что — зло. Наверное, главное, к чему мы можем прийти в завершение этого разговора, — это к пони­манию того, что зло нельзя считать естест­венной или относительной категорией, а так­же что и добро и зло начинаются в нас самих, а не где-то во внешнем мире. Значит, это за­висит в первую очередь от нас — насколько мы сможем преодолеть зло и преумножить добро. Также мы говорили о разных теориях, ко­торые помогают различить добро и зло. Как мы видим, все они имеют много достоинств, хотя ни одной из них недостаточно. Скорее, они дополняют друг друга. Для того чтобы в ситуации нравственного выбора принять пра­вильное решение, необходимо принять во внимание наши побуждения, сам поступок и его последствия; а чтобы наше видение не было затуманено ложными представлениями, необ­ходимо созидать свой характер, чтобы добро­детели стали его естественной частью. И в этом состоит постепенный путь преодоления зла — вначале в себе, а через это — и в окру­жающем мире.

                                                           ------------------------------------------------------------------------------------

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Rambler's Top100

При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна.  

Все права защищены © Международная Федерация Образования  2010-2014